23 Сентября 2011 // История

В гости как домой

В пятницу в краеведческом музее открыли цикл мероприятий, связанных со 150-летием Саввы Морозова. В гости приехала правнучка знаменитого промышленника и мецената Ирина Саввична, приехала не только как носитель известной фамилии, но и как исследователь. В настоящее время она изучает историю собственного рода, биографию Саввы Морозова и хочет поставить точку в многочисленных спорах, ореолом которых окружена личность промышленника.

В начале нужно сделать небольшое историческое отступление. Кто же такая Ирина Морозова? У Саввы Тимофеевича было четверо детей. У младшего — Саввы Саввича — собственных детей не было, только пасынок, который носил его фамилию, но отчество родного отца — Юрий Владимирович Морозов. Судьба дочери Елены Саввичны неизвестна: она воспитывала двоих детей, которые умерли от Испанки в 20-е годы в Берлине, куда она поехала к родственникам мужа. Вторая дочь промышленника Марья Саввична умерла в доме для душевнобольных под Рязанью в 1935-м году.

Старший сын Морозова Тимофей приходится гостье музея дедом. Судьба у него трагическая: он был застрелен в 1921-м году на улице в Новороссийске. «Не потому что его убить кто-то хотел. А потому что стреляли кругом и в него попали». У Тимофея Саввича было три сына. Отец Ирины Саввичны был старшим. У второго — Андриана — был сын Савва, который погиб во время эвакуации в 1941-м году, как и старший брат Ирины Саввичны. Младший брат отца, Павел Тимофеевич, воспитал дочь Татьяну и сына от гражданского брака, который умер в 1990-м году, не оставив потомства. Посему Ирина Саввична — прямой потомок династии.

Что касается фамилии, то, если быть совсем точным и учитывать, что её наследование по русской традиции идёт по мужской линии, существует только один потомок, сохранивший её. Это правнук Саввы Васильевича Морозова Николай Николаевич Морозов. О нём известно немного: ему 35, он живёт в Москве и работает в банке. С потомками Морозовых он почему-то общаться не хочет. Такая запутанная родословная.

Прибыла Ирина Саввична из Москвы и имела возможность немного отдохнуть с дороги, послушав рассказ музейных работников о хранящихся в фондах вещах, связанных с династией Морозовых. Для статистики была приведена цифра: всего в коллекции музея 30 тысяч различных экспонатов — а это и документы, и предметы быта, и фотографии. Так, в отделе тканей насчитывается 746 образцов, датируемых концом XIX — началом XX века. Это и отдельные выставочные образцы (один из них показала директор Любовь Сыроежкина), альбомы и единичные экземпляры продукции. Из 5000 документов 909 предметов в коллекции относятся к истории текстильных предприятий. Например, есть в музее визитная карточка Саввы Морозова — она выставлена на всеобщее обозрение в экспозиции. И наконец, нельзя не сказать об оригинальной последней фотографии Саввы Морозова с семьёй, сделанной в марте 1905 года у особняка мецената на Спиридоновке. В общем, материала для изучения много, есть и что посмотреть.

Ирина Саввична начала своё повествование, объявив, что пересказывать биографию прадеда ей бы не хотелось. «Потому что даты его жизни, дата его смерти известны, обстоятельства его смерти являются предметом многочисленных пиарных публикаций. Развился так называемый „художественно-документальный“ жанр. Я этого не понимаю, потому что либо произведение художественное, либо документальное. Как ни странно, пиар его (Савву Тимофеевича) преследовал всегда, начиная с Морозовской стачки. Морозовская стачка — это абсолютно устоявшееся словосочетание. Про все остальные выступления рабочих говорили: забастовка. Если стачка, то совершенно однозначно — Морозовская. Никаких других вариантов быть не может. Но поскольку сейчас мы обсуждаем жизнь Саввы Тимофеевича, я хочу сказать, что когда была Морозовская стачка, Савва Тимофеевич был студентом последнего курса химического отделения в университете. Как раз в это время у него была сессия. И все события, связанные с Морозовской стачкой — она сама, то, как это было воспринято в семье и обществе — с моей точки зрения, психологически задали вектор дальнейшей жизни Саввы Тимофеевича в социальном плане».

Стачка привела и к изменению жизненных приоритетов Морозова. Хоть в университете он отличником и не был, но наукой заниматься хотел и собирался писать «кандидатское рассуждение». Летом 1885-го года он просит напечатать этот труд. Но через год всё меняется. В феврале и мае 1886-го проходят суды над активными участниками Морозовской стачки, Тимофей Саввич отходит от дел, и его сыну приходится забыть о своих научных планах. А планы были интересные: позже Савва Морозов, проведя на предприятиях Орехово-Зуева техническую модернизацию, вернулся к химии, а точнее, к проблеме красителей. Он пытался освободить российскую промышленность от зависимости от иностранных красителей. «Но, к сожалению, должна констатировать: несмотря на то что прошло уже больше ста лет, эта ситуация сохранилась и по сегодняшний день», — говорит гостья. Индустрия красителей в России как отставала, так и отстаёт.

Стало понятно, что банальностями публика не отделается, впрочем, и предсказуемые вопросы тоже прозвучали. Ирина Саввична, в свою очередь, рассказала несколько интересных подробностей из жизни прадеда. Вот одна из них. В 1897-м году Савва Морозов выдвигал свою кандидатуру на пост московкого главы. Кандидатуры было две — собственно, сам Морозов и князь Голицын. В верхах Савве Тимофеевичу разъяснили, что против него никто ничего не имеет, но вот вера у него подкачала. Хорошо бы ему перейти в лоно Церкви, в которой находится царствующий Дом. Морозов категорически отказался, сказав, что «купеческая вера — это старообрядческая вера». И снял свою кандидатуру. Голицын стал главой.

Не сказать, что вопросов было действительно много — публика-то в основном собралась знающая. Скорее, времени было мало. Тем не менее, за час общения Морозова успела прокомментировать несколько реплик. Например, выразила своё отношение к современным олигархам: «Гораздо более важным является вопрос о том, откуда эти олигархи взяли свои капиталы, а не абсолютные цифры — не миллион и не два миллиона. Откуда взялись морозовские капиталы, известно — они начались с пяти рублей и к моменту смерти Саввы Тимофеевича его состояние составляло миллион двести тысяч рублей. И на то, чтобы пять рублей стало миллионом двести прошло сто лет. А про современных олигархов я не знаю, откуда они взяли деньги».

На просьбу посодействовать ремонту Зимнего театра в юбилейный год, ответила былью-анекдотом. «Когда я работала в Академии наук и он (артист Олег Ефремов) выступал, мы быстренько организовали ему тот напиток, которым обычно промывали оптические оси. Ефремов расслабился и сказал: „А как бы насчёт миллиончика для театра?“ Я только развела руками. С тех пор ничего не изменилось. К сожалению, я не отношусь к категории меценатов».

«Как вы относитесь к тому, что в настоящее время большая часть фабрик в Орехово-Зуеве закрыта?» — поинтересовался молодой журналист. «Я отношусь к этому с глубоким сожалением, но я при этом помню о том, что такой кризис текстильной промышленности постиг английские предприятия в 60-е годы. К 1960-му году практически все текстильные фабрики в Англии завершили существование. Текстильное производство переместилось в юго-восточную Азию. Это общемировая тенденция».

Не удалось избежать просьбы дать оценку обстоятельствам смерти мецената. До сих пор упорно ходят различные легенды, касающиеся гибели Морозова в Каннах. Версия об убийстве и его возможных причинах — любимая тема столичной прессы и телевидения. Вот и теперь по заказу Первого канала снимают фильм о Морозове, и совершенно неясно, какой вердикт вынесут сценаристы для Морозова на сей раз. Фильм же увидят миллионы зрителей и рассказанную в нём точку зрения общество наверняка примет за чистую монету. Мнение же правнучки однозначное: «У меня нет оснований не верить тому, что сказала Зинаида Григорьевна (супруга Саввы Тимофеевича) моему отцу, и этой (предсмертной) записке, и тому, что было зарегистрировано во Франции. Савва Тимофеевич покончил с собой. В силу каких причин это произошло, я не знаю».

Мы не могли не поднять тему озвученных недавно планов установки памятника Савве Морозову и попросили сформулировать собственное отношение к проекту. Однако оказалось, что мнением правнучки никто не интересовался. Макета она не видела и насчёт места тоже не знает. «Место выбирает город, моё мнение здесь не играет никакой роли, гораздо большую роль играет мнение архитектора, транспортные развязки и мнение жителей окрестных домов». Позже историк Владимир Алексеев резонно заметил, что такие вопросы неплохо представить на суд широкой общественности в принципе. И действительно, макеты и эскизы памятника отцу города видели единицы, и место ли ему в недоступном для пеших горожан центре транспортной развязки? Это предмет отдельной дискуссии.

А пока памятник предку хочет поставить Ирина Саввична. Литературный памятник. Правнучка занимается серьёзными архивными изысканиями. Её цель — описать жизнь Саввы Тимофеевича во всех подробностях. Однако результатом этого труда будет не книга. Гостья полагает, что современное общество должно научиться думать самостоятельно. Поэтому её произведение — это своего рода документальная летопись, прочитав которую у каждого человека должно сформироваться своё представление о меценате и промышленнике, своя легенда о Савве Морозове.

Заметили опечатку?
Выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

Фотографии к новости

Вернуться к списку новостей

Это нравится:0Да/0Нет
starover
Правнучка С.Т.Морозова Ирина Саввична Морозова конечно была права, когда сказала,что ситуация с красителями в нашем Отечестве в лучшую сторону не изменилась. "Индустрия красителей в России как отставала, так и отстаёт".
Напомню:данной проблемой вплотную занимался и другой наш замечательный земляк,старообрядец, доктор технических наук, заслуженный деятель науки и техники РСФСР Степан Герасимович Туманов (родился 28 октября 1887 г. в г. Орехово-Зуево, умер в 1971 г. в г. Ликино-Дулёво) .
Думаю, что сегодня у России есть возможность направить развитие промышленности красителей на производство наукоемкой, патентнозащищенной дорогой химической продукции. По этому пути идут европейские, североамериканские и японские фирмы, имеющие старые и сильные тонкохимические школы. Это направление способно обеспечить электронную, военную и другие отрасли промышленности высокоэффективными химическими продуктами. Весь вопрос в том, будет ли развиваться это направление в России? А время неумолимо и процесс возрождения текстильной и анилинокрасочной промышленности может стать необратимым.
В России можно производить химические волокна, красители, растворители и множество дорогих продуктов, возрождая таким образом экономику и поднимая уровень доходов всего населения, а не только олигархов и иже с ними. Пора задуматься и об обороне страны — сегодня ткани для военных производятся почти целиком на импортной пряже и отделываются импортными красителями и химикатами. Без своего текстиля и химии военное ведомство не может стать сильным и независимым.
Кстати, всю свою жизнь и деятельность наш замечательный земляк Степан Герасимович Туманов посвятил развитию отечественной промышленности и науки, внеся большой вклад в освобождение страны от иностранной зависимости не только в области красителей и керамики, но и в сфере оборонной промышленности. Его универсальный опыт тоже необходимо взять на вооружение.
Для того чтобы оставить комментарий, Вам необходимо авторизоваться или зарегистрироваться

  Яндекс цитирования   Яндекс.Метрика